Фильм «Полеты во сне и наяву»

Сценарий этот подвел некоторый итог моим работам последнего времени и был для меня началом какого-то другого, следующего этапа. Я не изменил ни своей теме, ни герою, но, как мне кажется, заявил их значительней, обобщенней, социально весомей. Нам, по-видимому, не избежать подробного разговора о герое «Полетов…», поэтому сейчас скажу только, что я считаю Сергея Макарова таким же чудаком, какими были его предшественники, но он не только выламывается из окружающей его среды, а в чем-то существенном несет в себе ее черты, он — тип, сформированный средой, хотя и ведет себя как личность, для окружающих неординарная.

Нужна женская одежда в большом количестве? Тогда вот вам женская одежда оптом от производителя в интернете. Цены на одежду вас порадуют.
Фильм «Полеты во сне и наяву» отличается от вашего сценария, опубликованного в альманахе «Киносценарии» в прошлом году: есть купюры, введены новые эпизоды, появились персонажи, в сценарии отсутствовавшие. Известно, что практически любой сценарий в процессе производства претерпевает те или иные изменения. Интересно, как их воспринимает сценарист?

Видите ли, жаловаться на то, что у меня как у сценариста в кинематографе судьба складывается неудачно, я не могу: были в ней плодотворные встречи с Виктором Трегубовичем, с Никитой Михалковым, с другими режиссерами. Но в последнем фильме, мне кажется, союз сценариста и режиссера сложился особенно удачно.

Дело в том, что Роман Балаян снял фильм по-своему, согласно своей творческой индивидуальности. Но получилась картина, близкая и ему, и мне.

Вы спрашиваете об изменениях… Признаюсь, не все они мне кажутся вполне удачными. Ну, к примеру, появившаяся в фильме сцена ночной киносъемки… Но важно другое: в целом считаю эту картину своей в такой же мере, как и фильмом режиссера Балаяна.

Вы не находите, что в результате этих изменений произошла некоторая переакцентировка?

Я представлял себе, что герой на протяжении сценария изменяется: вначале он как бы еще «летит»… В фильме он уже остановился, и мы его рассматриваем в момент этой остановки перед падением.

Роман Балаян. Зато задача стала труднее: передать мучительный внутренний процесс, который пока никто не замечает. Действительно, й фильме герой более статичен (не в смысле физического действия, конечно). Видимо, это произошло потому, что я не поверил, что три дня, которые мы наблюдаем на экране за героем, могут что-то существенно изменить. Нет, мы видим лишь завершение процессов, которые сложились давно, врезали след глубокий и прочный…

Продолжая разговор о так называемой переакцентировке фильма по сравнению со сценарием, скажу, что здесь появились Свои трудности. Если герой внутренне статичен, то его история может быть попросту скучна, поскольку проявления характера, в сущности, тавтологичны. Чтобы удержать внимание зрителя (а нам было важно его удержать), нужна в идеале некая полуторачасовая «магия». Должен сказать, что/предыдущие мои картины такой магической силой, притягивающей зрительское внимание, не обладали. Пусть не обидится Мережко, но признаюсь, что «Каштанку» и особенно «Бирюка» я люблю больше, чем «Полеты во сне и наяву» — по своим, глубоко личным причинам. И все-таки последняя картина мне дороже, потому что в ней я полно, свободно, искренне высказался как гражданин и, судя по всему, был услышан и понят. Для меня это очень дорого и важно.

Posted in Блог.